Краткая коллекция англтекстов

Вальтер Скотт

Quentin Durward/Квентин Дорвард

CHAPTER XXXV: A PRIZE FOR HONOUR

english Русский
'T is brave for Beauty when the best blade wins her.

THE COUNT PALATINE
Во власти храбрых быть красе почетно."Граф Палатин"
When Quentin Durward reached Peronne, a council was sitting, in the issue of which he was interested more deeply than he could have apprehended, and which, though held by persons of a rank with whom one of his could scarce be supposed to have community of interest, had nevertheless the most extraordinary influence on his fortunes. Когда Квентин возвратился в Перонну, там заседал совет, результат совещаний которого касался его ближе, чем он, мог предполагать; хотя совет состоял из лиц такого высокого звания, что трудно было допустить, чтобы какой-то шотландский дворянин мог привлечь его внимание, тем не менее исход этого совещания имел самое неожиданное влияние на его судьбу.
King Louis, who, after the interlude of De la Marck's envoy, had omitted no opportunity to cultivate the returning interest which that circumstance had given him in the Duke's opinion, had been engaged in consulting him, or, it might be almost said, receiving his opinion, upon the number and quality of the troops, by whom, as auxiliary to the Duke of Burgundy, he was to be attended in their joint expedition against Liege. He plainly saw the wish of Charles was to call into his camp such Frenchmen as, from their small number and high quality, might be considered rather as hostages than as auxiliaries; but, observant of Crevecoeur's advice, he assented as readily to whatever the Duke proposed, as if it had arisen from the free impulse of his own mind. После случая с послом де ла Марка король Людовик, воспользовавшись счастливой случайностью, так неожиданно возвратившей ему доброе расположение герцога, не упускал ни одной возможности закрепить восстановившиеся между ними дружбу и согласие. Теперь он совещался с Карлом или, вернее, выслушивал его приказания относительно количества и состава французского войска, которое должно было участвовать в их общем походе против Льежа. По упорству, с каким Карл настаивал на незначительном количестве и избранном составе его дружины, Людовик прекрасно видел, что этот могущественный вассал поставил себе целью заручиться со стороны Франции не столько союзниками, сколько заложниками; но, помня советы Кревкера, он соглашался на все требования герцога с такой готовностью, как будто они вполне совпадали с его собственным желанием.
The King failed not, however, to indemnify himself for his complaisance by the indulgence of his vindictive temper against Balue, whose counsels had led him to repose such exuberant trust in the Duke of Burgundy. Tristan, who bore the summons for moving up his auxiliary forces, had the farther commission to carry the Cardinal to the Castle of Loches, and there shut him up in one of those iron cages which he himself is said to have invented. Король не преминул, однако, вознаградить себя за такую уступчивость, выместив злобу на виновнике всех своих бед -- кардинале де Балю, чьи советы убедили его так слепо довериться герцогу Бургундскому. Тристан, который должен был отвезти французским войскам приказ о выступлении, получил еще и другую инструкцию -- препроводить кардинала в замок Лош и посадить его в одну из тех железных клеток, которые, как говорили, он сам изобрел.
"Let him make proof of his own devices," said the King; "he is a man of holy church -- we may not shed his blood; but, Pasques dieu! his bishopric, for ten years to come, shall have an impregnable frontier to make up for its small extent! -- And see the troops are brought up instantly." -- Пусть-ка испробует собственную выдумку, -- сказал король. Он принадлежит к святой церкви, и мы не имеем права пролить его кровь. Но, клянусь богом, мы дадим ему лет на десять епархию с такими неприступными границами, что это вполне окупит ему недостаток простора! Смотри же распорядись, чтобы войска выступали немедленно.
Perhaps, by this prompt acquiescence, Louis hoped to evade the more unpleasing condition with which the Duke had clogged their reconciliation. But if he so hoped, he greatly mistook the temper of his cousin, for never man lived more tenacious of his purpose than Charles of Burgundy, and least of all was he willing to relax any stipulation which he made in resentment, or revenge, of a supposed injury. Очень возможно, что своей уступчивостью в этом деле Людовик надеялся увильнуть от исполнения более неприятного для него требования, которым герцог желал скрепить состоявшееся примирение. Но если он питал такую надежду, то плохо знал характер своего родственника: не было на свете человека более упрямого, чем Карл Бургундский, особенно в тех случаях, когда он считал себя оскорбленным и действовал, побуждаемый желанием отомстить.
No sooner were the necessary expresses dispatched to summon up the forces who were selected to act as auxiliaries, than Louis was called upon by his host to give public consent to the espousals of the Duke of Orleans and Isabelle of Croye. The King complied with a heavy sigh, and presently after urged a slight expostulation, founded upon the necessity of observing the wishes of the Duke himself. Едва был отправлен гонец во Францию с приказом войскам выступать, как Карл потребовал от своего гостя официального согласия на брак герцога Орлеанского с Изабеллой де Круа. С тяжелым вздохом король согласился на это требование, удовольствовавшись скромным заявлением, что, прежде чем решать дело, не мешало бы справиться, каковы на этот счет желания самого герцога Орлеанского.
"These have not been neglected," said the Duke of Burgundy, "Crevecoeur hath communicated with Monsieur d'Orleans, and finds him (strange to say) so dead to the honour of wedding a royal bride, that he acceded to the proposal of marrying the Countess of Croye as the kindest proposal which father could have made to him." -- Об этом уже позаботились, -- ответил Карл. -- Кревкер говорил с герцогом Орлеанским. И, как это ни странно, герцог совершенно равнодушен к чести получить руку дочери короля, а на брак с графиней де Круа смотрит как на величайшее счастье и считает, что родной отец не мог бы сделать ему лучшего предложения.
"He is the more ungracious and thankless," said Louis, "but the whole shall be as you, my cousin, will, if you can bring it about with consent of the parties themselves." -- Это только доказывает его черствость и неблагодарность, -- ответил Людовик. -- Впрочем, делайте как хотите, любезный кузен, лишь бы вам удалось получить согласие сторон.
"Fear not that," said the Duke, and accordingly, not many minutes after, the affair had been proposed, the Duke of Orleans and the Countess of Croye, the latter attended, as on the preceding occasion, by the Countess of Crevecoeur and the Abbess of the Ursulines, were summoned to the presence of the Princes, and heard from the mouth of Charles of Burgundy, unobjected to by that of Louis, who sat in silent and moody consciousness of diminished consequence, that the union of their hands was designed by the wisdom of both Princes, to confirm the perpetual alliance which in future should take place betwixt France and Burgundy. -- О, об этом не беспокойтесь! -- сказал Карл. И минуту спустя после этого разговора герцог Орлеанский и графиня де Круа (как и в первый раз, в сопровождении аббатисы монастыря урсулинок и графини де Кревкер) были призваны перед лицо двух монархов и выслушали из уст герцога Карла (которому Людовик, сидевший в глубокой задумчивости, не возразил ни слова), что союз их решен с общего согласия обоих государей, чтобы скрепить вечную дружбу, которая должна соединять Францию и Бургундию.
The Duke of Orleans had much difficulty in suppressing the joy which he felt upon the proposal, and which delicacy rendered improper in the presence of Louis; and it required his habitual awe of that monarch to enable him to rein in his delight, so much as merely to reply that his duty compelled him to place his choice at the disposal of his Sovereign. Выслушав эту речь, герцог Орлеанский едва мог сдержать охвативший его восторг, открытое проявление которого было бы неприлично в присутствии Людовика. И только страх, который он с детства питал к королю, заставил его ограничиться простым ответом, что он "считает своим долгом исполнить волю его величества".
"Fair cousin of Orleans," said Louis with sullen gravity, "since I must speak on so unpleasant an occasion, it is needless for me to remind you that my sense of your merits had led me to propose for you a match into my own family. But since my cousin of Burgundy thinks that the disposing of your hand otherwise is the surest pledge of amity between his dominions and mine, I love both too well not to sacrifice to them my own hopes and wishes." -- Любезный кузен мой, герцог Орлеанский, -- сказал Людовик с мрачной торжественностью, -- раз уж я принужден говорить о столь неприятном для меня деле, я могу сказать только следующее: мне нет надобности напоминать вам, что, высоко ценя ваши достоинства, я намеревался дать вам супругу из моей собственной семьи. Но мой родич, герцог Бургундский, полагает, что, устраивая иначе вашу судьбу, мы тем самым положим начало вечной дружбе и благоденствию наших держав. А я слишком дорожу тем и другим, чтобы не пожертвовать ради них личными надеждами и желаниями.
The Duke of Orleans threw himself on his knees, and kissed -- and, for once, with sincerity of attachment -- the hand which the King, with averted countenance, extended to him. In fact he, as well as most present, saw, in the unwilling acquiescence of this accomplished dissembler, who, even with that very purpose, had suffered his reluctance to be visible, a King relinquishing his favourite project, and subjugating his paternal feelings to the necessities of state, and interest of his country. Even Burgundy was moved, and Orleans's heart smote him for the joy which he involuntarily felt on being freed from his engagement with the Princess Joan. If he had known how deeply the King was cursing him in his soul, and what thoughts of future revenge he was agitating, it is probable his own delicacy on the occasion would not have been so much hurt. Герцог Орлеанский опустился на колени и поцеловал -- на этот раз с искренней признательностью -- руку, которую король протянул ему отвернувшись. Он, как и все присутствующие, видел, что согласие дано Людовиком против воли. Впрочем, этот хитрый лицемер на сей раз и не старался скрыть свое неудовольствие; напротив, он хотел показать, что, как король, он готов пожертвовать излюбленными планами и отеческими чувствами ради нужд и интересов своего государства. Сам Карл был искренне тронут, а в душе герцога Орлеанского шевельнулось угрызение совести за ту радость, которую он невольно испытывал при мысли, что свободен от обязательства, связывавшего его с принцессой Жанной. Если б он знал, как проклинал его мысленно король в эту минуту и какие планы мщения роились в его голове, он, вероятно, не стал бы упрекать себя за свой эгоизм.
Charles next turned to the young Countess, and bluntly announced the proposed match to her, as a matter which neither admitted delay nor hesitation, adding, at the same time, that it was but a too favourable consequence of her intractability on a former occasion. Затем Карл обратился к молодой графине и объявил ей напрямик, что этот брак -- дело решенное, не допускающее ни отсрочек, ни колебаний, хотя она и не заслужила такой милости своим прежним упорством.
"My Lord Duke and Sovereign," said Isabelle, summoning up all her courage, "I observe your Grace's commands, and submit to them." -- Мой герцог и сюзерен, -- сказала Изабелла, призывая на помощь все свое мужество, -- вы мой законный государь, и я обязана вам повиноваться...
"Enough, enough," said the Duke, interrupting her, "we will arrange the rest. -- Your Majesty," he continued, addressing King Louis, "hath had a boar's hunt in the morning; what say you to rousing a wolf in the afternoon?" -- Довольно, довольно! -- перебил ее герцог. -- Все остальное мы сами беремся уладить... Ваше величество, -- продолжал он, обращаясь к Людовику, -- изволили сегодня принимать участие в охоте на вепря. А что вы скажете, если я предложу вам после обеда поднять волка?
The young Countess saw the necessity of decision. Молодая графиня увидела, что ей надо на что-то решиться.
"Your Grace mistakes my meaning," she said, speaking, though timidly, yet loudly and decidedly enough to compel the Duke's attention, which, from some consciousness, he would otherwise have willingly denied to her. -- Ваша светлость не так меня поняли, -- начала она робко, но достаточно громко и твердо, чтобы заставить герцога обратить на себя внимание, в котором он охотно бы ей отказал, предвидя, что она скажет.
"My submission," she said, "only respected those lands and estates which your Grace's ancestors gave to mine, and which I resign to the House of Burgundy, if my Sovereign thinks my disobedience in this matter renders me unworthy to hold them." -- Долг повиновения, о котором я говорила, относится только к моим землям и замкам, пожалованным предками вашей светлости моим предкам; и я возвращаю их бургундскому дому, если мой сюзерен полагает, что отказ повиноваться ему делает меня недостойной владеть ими.
"Ha! Saint George!" said the Duke, stamping furiously on the ground, "does the fool know in what presence she is? -- And to whom she speaks?" -- Святой Георгий! Да знает ли эта дура, с кем она говорит?! -- воскликнул герцог, с бешенством топнув ногой. -- Понимаете ли вы, кто перед вами?
"My lord," she replied, still undismayed, "I am before my Suzerain, and, I trust, a just one. If you deprive me of my lands, you take away all that your ancestors' generosity gave, and you break the only bonds which attach us together. You gave not this poor and persecuted form, still less the spirit which animates me. -- And these it is my purpose to dedicate to Heaven in the convent of the Ursulines, under the guidance of this Holy Mother Abbess." -- Ваша светлость, -- ответила Изабелла с прежней твердостью, -- я знаю, что нахожусь в присутствии моего законного и, надеюсь, справедливого государя. Если вы лишите меня владений, которыми мой род обязан великодушию ваших предков, вы разорвете единственные узы, связывающие нас. Не вы дали мне это бедное тело, не вы вдохнули в него живую душу... То и другое я намерена посвятить богу в монастыре урсулинок, под руководством святой матери аббатисы.
The rage and astonishment of the Duke can hardly be conceived, unless we could estimate the surprise of a falcon against whom a dove should ruffle its pinions in defiance. Ярость и бешенство герцога не имели границ, а его изумление можно было бы сравнить лишь с удивлением сокола при виде голубки, машущей на него своими крылышками, чтобы защитить себя.
"Will the Holy Mother receive you without an appanage?" he said in a voice of scorn. -- Еще неизвестно, примет ли вас святая мать без всякого вклада! -- проговорил он презрительным тоном.
"If she doth her convent, in the first instance, so much wrong," said the Lady Isabelle, "I trust there is charity enough among the noble friends of my house to make up some support for the orphan of Croye." -- Если бы, приняв меня, она нанесла ущерб своей обители, -- ответила Изабелла, -- я надеюсь, что в числе друзей моей семьи найдутся сострадательные люди, которые вознаградят ее за доброе дело и не оставят без поддержки сироту из дома де Круа.
"It is false!" said the Duke, "it is a base pretext to cover some secret and unworthy passion. -- My Lord of Orleans, she shall be yours, if I drag her to the altar with my own hands!" -- Все это ложь, низкий предлог, чтобы прикрыть какую-то тайную и недостойную страсть! -- сказал Карл. -- Герцог Орлеанский, она будет ваша, хотя бы мне пришлось собственноручно тащить ее к алтарю!
The Countess of Crevecoeur, a high spirited woman and confident in her husband's merits and his favour with the Duke, could keep silent no longer. Но тут графиня де Кревкер, женщина смелая и решительная и притом твердо уверенная в заслугах своего мужа и в благосклонности к нему герцога, не могла больше сдерживаться.
"My lord," she said, "your passions transport you into language utterly unworthy. -- The hand of no gentlewoman can be disposed of by force." -- Государь, -- сказала она, -- гнев заставляет вас произносить недостойные речи. Рукою дворянки нельзя распоряжаться против ее воли.
"And it is no part of the duty of a Christian Prince," added the Abbess, "to thwart the wishes of a pious soul, who, broken with the cares and persecutions of the world, is desirous to become the bride of Heaven." -- И кроме того, вам, как христианскому государю, не подобает противиться стремлению благочестивой души, желающей покинуть грешный мир и стать невестой Христа, -- добавила, со своей стороны, аббатиса.
"Neither can my cousin of Orleans," said Dunois, "with honour accept a proposal to which the lady has thus publicly stated her objections." -- Да и мой кузен, герцог Орлеанский, не может с честью настаивать на своем предложении, после того как он получил формальный отказ, -- заметил Дюнуа.
"If I were permitted," said Orleans, on whose facile mind Isabelle's beauty had made a deep impression, "some time to endeavour to place my pretensions before the Countess in a more favourable light --" -- Если бы мне дали время... -- начал герцог Орлеанский, ветреное сердце которого было сильно задето красотой Изабеллы, -- если бы мне дали время убедить графиню и показать себя в более благоприятном свете...
"My lord," said Isabelle, whose firmness was now fully supported by the encouragement which she received from all around, "it were to no purpose -- my mind is made up to decline this alliance, though far above my deserts." -- Ваше высочество, -- перебила его Изабелла, решимость которой поддерживало общее сочувствие, -- это совершенно бесполезно. Я твердо решила отказаться от этого брака, хотя и сознаю, какая это была бы для меня великая честь.
"Nor have I time," said the Duke, "to wait till these whimsies are changed with the next change of the moon. -- Monseigneur d'Orleans, she shall learn within this hour that obedience becomes matter of necessity." -- Да и мне, сударыня, некогда ждать, пока переменится ваш каприз вместе со следующей фазой луны, -- сказал герцог Карл. -- Людовик Орлеанский, ручаюсь вам, что не дальше как через час Изабелла даст свое согласие.
"Not in my behalf, Sire," answered the Prince, who felt that he could not, with any show of honour, avail himself of the Duke's obstinate disposition; "to have been once openly and positively refused is enough for a son of France. He cannot prosecute his addresses farther." -- Только не в мою пользу, государь, -- ответил французский принц, понимавший, что он уже не может воспользоваться настойчивостью Карла, не унижая своего достоинства. -- Для сына Франции достаточно один раз получить формальный отказ; он не может больше настаивать.
The Duke darted one furious glance at Orleans, another at Louis, and reading in the countenance of the latter, in spite of his utmost efforts to suppress his feelings, a look of secret triumph, he became outrageous. Карл свирепо взглянул сперва на герцога Орлеанского, потом на Людовика и, прочитав на лице последнего выражение скрытого торжества, пришел в неистовую ярость.
"Write," he said, to the secretary, "our doom of forfeiture and imprisonment against this disobedient and insolent minion. She shall to the Zuchthaus, to the penitentiary, to herd with those whose lives have rendered them her rivals in effrontery." -- Пиши! -- крикнул он своему секретарю. -- Пиши наш приговор о конфискации владений и заключении в тюрьму этой дерзкой ослушницы! В Цухтхауз ее, в исправительный дом, в общество разгульных женщин, которые не уступят ей в наглости!
There was a general murmur. Поднялся общий ропот.
"My Lord Duke," said the Count of Crevecoeur, taking the word for the rest, "this must be better thought on. We, your faithful vassals, cannot suffer such a dishonour to the nobility and chivalry of Burgundy. If the Countess hath done amiss, let her be punished -- but in the manner that becomes her rank, and ours, who stand connected with her house by blood and alliance." -- Ваша светлость, -- сказал наконец граф де Кревкер, решившись выразить общее мнение, -- такой приговор требует более зрелого размышления. Мы ваши верные слуги, но мы не можем допустить, чтобы вы запятнали подобным бесчестьем бургундское дворянство и рыцарство. Если графиня провинилась -- накажите ее, но пусть это наказание не позорит ее и наше звание и не заставляет нас краснеть за кровное родство и дружеские связи с ее домом.
The Duke paused a moment, and looked full at his councillor with the stare of a bull, which, when compelled by the neat herd from the road which he wishes to go, deliberates with himself whether to obey, or to rush on his driver, and toss him into the air. Герцог с минуту молчал и глядел прямо в лицо говорившему, как бык, которого пастух заставляет свернуть с избранной им дороги и который стоит, размышляя, покориться ли ему или поднять дерзкого на рога.
Prudence, however, prevailed over fury -- he saw the sentiment was general in his council -- was afraid of the advantages which Louis might derive from seeing dissension among his vassals; and probably -- for he was rather of a coarse and violent, than of a malignant temper -- felt ashamed of his own dishonourable proposal. Однако благоразумие на этот раз пересилило гнев. Карл видел, что де Кревкер выразил общее мнение, и боялся дать в руки Людовику те выгоды, которые он, несомненно, мог бы извлечь из недовольства бургундских вассалов; к тому же очень возможно, что он и сам устыдился своего неблагородного поступка, так как, несмотря на всю свою грубость и вспыльчивость, был вовсе не зол.
"You are right," he said, "Crevecoeur, and I spoke hastily. Her fate shall be determined according to the rules of chivalry. Her flight to Liege hath given the signal for the Bishop's murder. He that best avenges that deed, and brings us the head of the Wild Boar of Ardennes, shall claim her hand of us; and if she denies his right, we can at least grant him her fiefs, leaving it to his generosity to allow her what means he will to retire into a convent." -- Ты прав, Кревкер, -- сказал он, -- я поступил необдуманно. Мы назначим ей наказание согласно рыцарским законам. Ее побег в Льеж был сигналом к убийству епископа -- так пусть же тот, кто отомстит за его смерть, кто принесет нам голову Дикого Арденнского Вепря, получит право просить у нас ее руки! Если же она и на этот раз откажется нам повиноваться, мы отдадим победителю ее земли и все ее имущество, и уж тогда будет зависеть от его великодушия уделить ей сколько он захочет для поступления в монастырь.
"Nay!" said the Countess, "think I am the daughter of Count Reinold -- of your father's old, valiant, and faithful servant. Would you hold me out as a prize to the best sword player?" -- Ваша светлость, -- сказала графиня, -- вспомните, что я дочь графа Рейнольда, старого, верного друга вашего покойного отца. Неужели же вы сделаете из меня приз для того, кто лучше владеет мечом?
"Your ancestress," said the Duke, "was won at a tourney -- you shall be fought for in real melee. Only thus far, for Count Reinold's sake, the successful prizer shall be a gentleman, of unimpeached birth, and unstained bearings; but, be he such, and the poorest who ever drew the strap of a sword belt through the tongue of a buckle, he shall have at least the proffer of your hand. I swear it, by St. George, by my ducal crown, and by the Order that I wear! -- Ha! Messires," he added, turning to the nobles present, "this at least is, I think, in conformity with the rules of chivalry?" -- Ваша прабабка была завоевана на турнире, -- ответил герцог, -- а из-за вас будут драться в настоящем бою. Из уважения к памяти покойного графа Рейнольда я объявляю: чтобы получить приз, победитель должен быть непременно дворянином хорошего рода и незапятнанной репутации, но, будь он хоть беднейшим воином, когда-либо носившим меч, он получит по крайней мере право просить вашей руки. Клянусь в этом святым Георгием, моей герцогской короной и орденом, который я ношу!.. Ну что, господа, -- добавил он, -- надеюсь, что теперь мое решение соответствует законам рыцарства?
Isabelle's remonstrances were drowned in a general and jubilant assent, above which was heard the voice of old Lord Crawford, regretting the weight of years that prevented his striking for so fair a prize. The Duke was gratified by the general applause, and his temper began to flow more smoothly, like that of a swollen river when it hath subsided within its natural boundaries. Возражения Изабеллы потонули в громких возгласах одобрения, между которыми особенно выделялся голос старого лорда Кроуфорда, сожалевшего, что годы его не позволяют ему преломить копье за такой прекрасный приз. Герцог был очень польщен всеобщим одобрением, и гнев его постепенно улегся, как река, которая после разлива снова вступает в свое русло.
"Are we to whom fate has given dames already," said Crevecoeur, "to be bystanders at this fair game? It does not consist with my honour to be so, for I have myself a vow to be paid at the expense of that tusked and bristled brute, De la Marck." -- Но неужели мы, которым судьба уже дала жен, должны оставаться праздными зрителями этой славной борьбы? -- сказал де Кревкер. -- Это было бы противно моей чести: я дал обет снести голову этому зубастому зверю де ла Марку!
"Strike boldly in, Crevecoeur," said the Duke, "to win her, and since thou canst not wear her thyself, bestow her where thou wilt -- on Count Stephen, your nephew, if you list." -- Не унывай, Кревкер, -- сказал ему герцог. -- Коли и руби, выигрывай награду и, если сам не можешь ею владеть, уступи ее кому хочешь.., ну, хоть своему племяннику.
"Gramercy, my lord!" said Crevecoeur, "I will do my best in the battle; and, should I be fortunate enough to be foremost, Stephen shall try his eloquence against that of the Lady Abbess." -- Благодарю, государь, -- ответил де Кревкер. -- Я постараюсь сделать все, что в моих силах, и, если мне посчастливится, тогда уж пусть Стефан побеждает своим красноречием мать аббатису.
"I trust," said Dunois, "that the chivalry of France are not excluded from this fair contest?" -- Надеюсь, что французские рыцари не будут устранены от участия в этом состязании? -- спросил Дюнуа.
"Heaven forbid! brave Dunois," answered the Duke, "were it but for the sake of seeing you do your uttermost. But," he added, "though there be no fault in the Lady Isabelle wedding a Frenchman, it will be necessary that the Count of Croye must become a subject of Burgundy." -- Сохрани бог, храбрый Дюнуа, -- ответил герцог, -- хотя бы уже ради удовольствия видеть, как они умеют драться. Я ничего не имею против того, чтобы графиня Изабелла вышла за француза, но, разумеется, с условием, чтобы будущий граф де Круа сделался подданным Бургундии.
"Enough," said Dunois, "my bar sinister may never be surmounted by the coronet of Croye -- I will live and die French. But, yet, though I should lose the lands, I will strike a blow for the lady." -- В таком случае я отступаю, -- сказал Дюнуа. -- Мой герб никогда не украсится короной графов де Круа: я француз, французом и умру. Но, если я отказываюсь от награды за славное дело, я не откажусь от самого дела.
Le Balafre dared not speak aloud in such a presence, but he muttered to himself, Разумеется, Меченый не посмел подать свой голос в таком блестящем собрании, но и он пробормотал себе под нос:
"Now, Saunders Souplejaw, hold thine own! -- thou always saidst the fortune of our house was to be won by marriage, and never had you such a chance to keep your word with us." -- Ну, Сондерс Суплджо, вывози, брат, своих! Ты всегда говорил, что женитьба доставит благоденствие нашей семье; пользуйся же случаем сдержать свое слово -- лучшего тебе никогда не дождаться.
"No one thinks of me," said Le Glorieux, "who am sure to carry off the prize from all of you." -- А обо мне никто и не вспомнит, -- ввернул свое слово ле Глорье, -- а между тем я убежден, что отобью приз.
"Right, my sapient friend," said Louis, laughing, "when a woman is in the case, the greatest fool is ever the first in favour." -- Верно, мой мудрый друг, -- сказал ему Людовик. -- Там, где замешана женщина, величайший дурак имеет больше всего шансов на победу.
While the princes and their nobles thus jested over her fate, the Abbess and the Countess of Crevecoeur endeavoured in vain to console Isabelle, who had withdrawn with them from the council-presence. The former assured her that the Holy Virgin would frown on every attempt to withdraw a true votaress from the shrine of Saint Ursula; while the Countess of Crevecoeur whispered more temporal consolation, that no true knight, who might succeed in the enterprise proposed, would avail himself, against her inclinations, of the Duke's award; and that perhaps the successful competitor might prove one who should find such favour in her eyes as to reconcile her to obedience. Love, like despair, catches at straws; and, faint and vague as was the hope which this insinuation conveyed, the tears of the Countess Isabelle flowed more placidly while she dwelt upon it. Пока государи и их приближенные забавлялись шутками по поводу судьбы Изабеллы, аббатиса и графиня де Кревкер, с которыми она вышла из зала, тщетно пытались утешить ее. Аббатиса старалась ее убедить, что пречистая дева никогда не допустит помехи в исполнении искреннего обета, данного святой Урсуле; а графиня де Кревкер нашептывала ей более земные утешения, уверяя, что ни один истинный рыцарь, став победителем, никогда не воспользуется своим правом на ее руку против ее воли и что, наконец, он может заслужить ее расположение и она добровольно покорится желанию герцога. Любовь, как и отчаяние, хватается за соломинку; и как ни далека, как ни слаба была надежда, подсказанная Изабелле графиней де Кревкер, она стала рыдать не так горько, когда вдумалась в ее слова.
[Saint Ursula: the patron saint of young girls. Tradition says she was martyred by the Huns, together with her eleven thousand companions. Her history has been painted by Carpacelo and by Hans Memling.] нет соответствия

К началу страницы

Титульный лист | Предыдущая | Следующая

Граммтаблицы | Тексты

Hosted by uCoz